Неординарные преступники и преступления. Книга 4 - Алексей Ракитин

Информация об обнаружении на станции в Стоув-тауншип двух расчленённых тел распространялась стремительно. Ещё до полудня сообщение о сенсационных событиях в сонной американской провинции попало в новостную ленту «Assosiated Press», а оттуда перекочевало в вечерние газеты.

Слева: фотография железнодорожных путей на станции Стоув-тауншип, на которых утром 3 мая 1940 года стояли грузовые вагоны, прибывшие из Стратерса 21 апреля. Справа: первое газетное сообщение об обнаружении двух обезглавленных тел в грузовых железнодорожных вагонах на станции Стоув-тауншип. Новость пошла в печать ещё до того, как были найдены останки третьего человека. Буквально в первом же предложении этой заметки содержится предположение о возможной причастности к зверскому преступлению «Безумного Мясника» из Кливленда.

Около полудня на железнодорожной станции появился Эндрю Т. Парк (Andrew T. Park), прокурор округа Аллегейни, пожелавший лично проконтролировать ход расследования по горячим следам. Вместе с ним прибыли два помощника.

Число «законников», топтавшихся тогда на железнодорожных путях и в окрестностях станции, превысило три десятка. Самое смешное заключается в том, что никому из них не пришла в голову довольно простая и даже очевидная мысль осмотреть все оставшиеся из 19 вагонов, направленных на станцию Стоув-тауншип для утилизации. Ну, в самом деле, если в двух из них уже нашли два трупа, то, может быть, следует осмотреть ещё 17 — глядишь, и там отыщется нечто интересное для расследования?!

В полдень либо спустя несколько минут после 12 часов упоминавшийся выше Гарри Гросс вместе со своим напарником Джоном Кинелом откатил дверь вагона № 33850 и… Наверное, даже не самый проницательный читатель уже догадался, какой именно запах они почувствовали и что примерно увидели. Уже в 12:05 Гросс лично доложил окружному прокурору об обнаружении третьего за день расчленённого трупа.

Найденные останки были лишены рук, ног и головы. Плоть успела подвергнуться сильному разложению, в ранах присутствовали личинки мух. Однако имелось кое-что, сильно отличавшее «останки № 3» от двух предыдущих — на груди имелась грубо вырезанная надпись «NAZI», образованная глубокими разрезами кожи.

Третий по счёту торс, найденный 3 мая 1940 года на станции Стоув-тауншип, с грубо вырезанной на груди надписью «NAZI».

Внимательно осмотрев вагон № 33850, «законники» сделали несколько важных открытий. На полу были найдены две перламутровые пуговицы и одна костяная. Последняя происходила от рубашки, а вот перламутровые, судя по размеру, когда-то были пришиты к пиджаку. Неподалёку лежал кусок бельевой верёвки длиной 12,5 см. Тут же были разбросаны кусочки шнурков от ботинок, казалось, будто их не развязали, а грубо разрезали ножом.

Но самой интригующей находкой следовало признать номер газеты «Youngstown vindicator» от 13 декабря 1939 года с… тёмно-бурым отпечатком подошвы ботинка. Забегая чуть вперёд, сделаем необходимое уточнение — по результатам криминалистического исследования стало ясно, что тёмно-бурое вещество, которым был оставлен этот след, являлось человеческой кровью. Главная интрига, соответственно, была связана с тем, был ли оставлен след ботинком убийцы, или же преступник решил немного поиграть с полицией и испачкал в крови ботинок убитого им человека. Понятно, что в последнем случае этот отпечаток никакой информации, полезной для правоохранительных органов, не содержал.

В течение дня в Стоув-тауншип прибывали руководители и высокопоставленные сотрудники самых разных полицейских подразделений от Питтсбурга до Кливленда. Из последнего, в частности, прибыл Дэвид Коулс, начальник Бюро криминальной идентификации, детективы Питер Мерило и Залевски, а также Роберт Чемберлен, один из помощников Элиота Несса. Примчались группы детективов из Нью-Кастла и Эллвуд-сити. Из Янгстауна приехали начальник городской полиции Джон Тернбалл и начальник детективного дивизиона (уголовного розыска) Уилльям Рид. Приезжала группа руководителей службы безопасности железнодорожной компании «P&LE Railroad».

Глядя со стороны, можно было подумать, что на маленькой железнодорожной станции решено провести съезд руководителей полицейских ведомств Огайо и Пенсильвании. Не хватало только цветов, оркестра и торжественного салюта…

Географическая локализация убийств, связанных с расчленением тел жертв, после формального прекращения активности «Безумного Мясника» в Кливленде. Точка «1» обозначает «Болото убийств» севернее поселения Вампум, где вечером 29 сентября 1939 года было совершено убийство, очень напоминавшее те преступления, что ранее происходили в Кливленде. Точками «2–4» показана железнодорожная станция Стоув-тауншип к северо-западу от Питтсбурга, где 3 мая 1940 года были найдены расчленённые тела 3-х мужчин.

Прежде чем сказать несколько слов о судебно-медицинском исследовании найденных в Стоув-тауншип тел, имеет смысл уделить внимание работе Лео Дюмона, детектива Бюро криминальной идентификации полиции Питтсбурга. Дюмон примчался в Стоув-тауншип одним из первых, едва только полицейский департамент получил уведомление об обнаружении первого из расчленённых тел. Дюмон являлся признанным специалистом по снятию отпечатков пальцев при сильном повреждении плоти разной природы — ожогах, гнилостных изменениях, мацерации и прочем. Поскольку очень важно было как можно скорее идентифицировать найденные в железнодорожных вагонах тела, окружной прокурор Эндрю Парк разрешил Дюмону безотлагательно делать всё, что тот считает необходимым, для дактилоскопирования трупов.

Для этого специалисту перво-наперво требовалось на несколько часов поместить пальцы трупа в глицерин, дабы тот размягчил высохшую до пергаментной плотности кожу. После размягчения под кожу можно было сделать инъекции клея, который после затвердевания придал бы кончикам пальцев подобие их первоначальной формы. Но пальцы нельзя было поместить в глицерин на три или четыре часа, пока они оставались на руке. Поэтому Дюмон, воспользовавшись обычным секатором, попросту отрезал пальцы рук. Сначала у первого трупа. Потом у второго. Когда дело дошло до третьего, у Дюмона закончилась посуда и глицерин.

Ему сразу же доставили и то, и другое, а потому эксперт смог довольно быстро закончить свою работу. Ещё до того момента, как судебный медик Теодор Хэлмболд (Theodore Helmbold) смог представить собравшимся в Стоув-тауншип результаты своей работы — а произошло это немногим позже 17 часов всё того же 3 мая — Лео Дюмон заявил коллегам, что ему удалось с приемлемым качеством дактилоскопировать два из трёх найденных в тот день трупов.

Немногим позже 17 часов доктор Хэлмболд на брифинге для представителей правоохранительных органов подвёл предварительный итог своей работы с телами, найденными в тот день ранее. Убитые являлись белыми мужчинами не выше 173 см ростом и имели вес 70 кг или чуть более. То есть их можно считать людьми, получавшими достаточное питание. В отношении причины смерти трупов № 2 и № 3, если нумеровать их в порядке обнаружения, эксперт высказался вполне определённо — декапитация — а вот для тела № 1 Хэлмболд от каких-либо выводов воздержался. Причиной тому стало необычное состояние тела — оно оказалось полностью обескровлено и как будто бы подверглось в какой-то момент заморозке и последующие разморозке. По этой причине сделать заключение о прижизненности отделения головы специалист не мог. В принципе, нельзя было исключать того, что смертельная травма находилась именно на отсутствующей голове [другими словами, его могли